Сад Рамы

Миссис Ким сказала мне об этом… и уже послала за Амаду, но я хочу, чтобы ты сама переговорила с доктором Тернером.
 Николь посмотрела на дочь.
 — О чем ты?
 — Помнишь Амаду Диаба?. приятеля Эпонины, фармаколога из Нигерии, у которого бабушка была сенуфо Он тоже подхватил RV–41 при переливании крови… во всяком случае, Эпонина сказала мне, что его сердце быстро разрушается.
 Николь замолчала, она не могла поверить своим ушам.
 — Итак, ты хочешь, чтобы я, — проговорила она наконец, — попросила доктора Тернера выполнить пересадку сердца без помощи робота–хирурга, притом во время всей этой трагедии?
 — Если он согласится, можно пересадку произвести и потом, разве не так? Сердце мистера Кима можно сохранить на какое–то время.
 — Видишь ли, Элли мы даже не знаем…
 — Я уже все проверила, — перебила ее Элли. — Одна из Тиассо подтвердила, что мистер Ким вполне подходит в качестве донора.
 Николь вновь покачала головой.
 — Ну хорошо, хорошо, — сказала она. — Я подумаю об этом А сейчас я хочу, чтобы ты легла и отдохнула Сотрясение мозга — не пустяк.
 — Вы понимаете, чего добиваетесь от меня? Неужели вы действительно хотите, чтобы я  это сделал? — доктор Тернер с недоверием поглядел на Николь.
 — Видите ли, доктор Тернер, — проговорил Амаду с заметным британским акцентом, — прошу вас я, а не доктор Уэйкфилд И хочу, чтобы вы сделали эту операцию Только не стоит преувеличивать риск Вы сами говорили мне, что я не проживу более трех месяцев Конечно, я могу умереть и на операционном столе