Рама Явленный

Между ними расхаживали двое подростков.
 — Дети реальны, — проговорил Орел. — Лошади — муляж.
 На вершине невысокого холма располагался большой двухэтажный белый дом с покатой черной крышей Орел повернул на круговую дорожку и остановил машину Мгновение спустя отворилась передняя дверь дома В ней появилась высокая темнокожая красавица с седеющими волосами.
 —  Мама ! — закричала Симона, бросившись к машине.
 Николь едва успела открыть дверцу, Симона кинулась ей на грудь Они обнимались, целовались и плакали… никто не мог говорить.

 8

 — О горечь и сладость встречи с Патриком! — произнесла Симона, ставя кофейную чашку. — Он пробыл здесь около двух часов, они показались мне несколькими минутами.
 Они втроем сидели за столом и глядели на сельскохозяйственные угодья, окружавшие дом Николь загляделась на буколическую сцену за окном.
 — Конечно, в основном это иллюзия, — проговорил Майкл. — Но очень хорошая… Если не приглядываться, можно подумать, что ты находишься в Массачусетсе или в южной части Вермонта.
 — Весь этот обед показался мне сном, — сказала Николь. — Я как–то еще не осознала, что наша встреча реальна.
 — Вчера нам самим так казалось, — промолвила Симона, — когда оповестили, что сегодня утром мы увидим Патрика… Мы с Майклом не спали.
 — Она рассмеялась. — А ночью даже успели убедить себя, что нам предстоит встреча с поддельным Патриком, и постарались придумать вопросы, на которые, по нашему мнению, мог ответить только истинный Патрик.
 — Их технологическое мастерство потрясает, — проговорил Майкл. — Если бы они хотели сотворить робота Патрика и выдать его за нашего сына, то выяснить истину было бы крайне сложно.
 — Но они этого не сделали, — сказала Симона. — Через несколько секунд я поняла, что передо мной истинный Патрик…
 — Ну, и каким он тебе показался? — спросила Николь. — В смятении последнего дня мне не удалось по–настоящему поговорить с ним.
 — Он казался каким–то отстраненным, — ответила Симона, — но не сомневался в том, что принял правильное решение Патрик считает, что пройдут, вероятно, недели, прежде чем он сможет разобраться во всех чувствах, которые пережил за последние двадцать четыре часа.
 — Это можно сказать о каждом из нас, — проговорила Николь.
 За столом наступило недолгое молчание.
 — Мама, ты устала? — спросила Симона. — Патрик сказал нам, что у тебя нелады со здоровьем, и когда мы сегодня узнали, что ты запаздываешь…
 — Да, я немного устала, — ответила Николь. — И, наверное, не смогу уснуть… по крайней мере прямо сейчас… — Она отъехала в своем кресле от стола и опустила пониже сиденье. — Правда, неплохо бы посетить туалетную комнату.
 — Конечно, — Симона вскочила. — Я провожу тебя.
 Симона проводила мать по длинному коридору к дверце из имитированной древесины.
 — Итак, с вами здесь живут шестеро детей, — проговорила Николь, — в том числе трое, которых ты выносила и родила?
 — Да, это так У нас с Майклом было двое мальчиков и двое девочек, рожденных «естественным методом», как ты говоришь… Старший, Даррен, умер, когда ему было семь… долгая история, и, если у нас будет время, я расскажу тебе ее завтра… Все остальные дети выросли из эмбрионов в их лаборатории…
 Они добрались до дверей в туалетную.
 — А ты знаешь, сколько твоих детей вырастили Орел и его коллеги? — спросила Николь.
 — Нет, — ответила Симона. — Но мне они сообщили, что извлекли из меня более тысячи здоровых яйцеклеток.
 Возвращаясь в столовую, Симона пояснила, что все ее дети, рожденные естественным методом, провели всю свою жизнь вместе с ней и Майклом Их супруги — конечно же, рожденные из ее яйцеклеток и от спермы Майкла, — были подобраны для них инопланетянами после тщательного генетического контроля.
 — Итак, браки устраивали не вы? — спросила Николь.
 — Именно, — Симона усмехнулась. — Каждому нашему ребенку предложили на выбор несколько пар, причем все они прошли генетический отбор.
 — У тебя не было никаких проблем с внуками?
 — Во всяком случае, статистически значимых, если пользоваться словарем Майкла.
 Когда они вернулись в столовую, стол опустел