Рама II

Поежившись, Николь представила себе, как подруги Женевьевы расспрашивают ее об операции и смерти Борзова «Доченька, думала она, если бы ты знала, как я тебя люблю Если бы только я могла избавить тебя от этой муки» Николь хотелось бы обнять Женевьеву, утешить ее, окружить материнской лаской, прогоняющей от своего ребенка всяких демонов Но это было немыслимо Женевьева находилась в сотне миллионов километров от матери.
 Николь лежала на спине Глаза ее были закрыты, но уснуть она не могла Ома ощущала глубочайшее одиночество, куда более острое, чем когда–либо в жизни Николь понимала, что ждет от кого–нибудь знаков симпатии, ждет, чтобы кто–нибудь сказал ей, что ощущение собственной неполноценности выдумано ею и не отвечает действительности