Рама II

Машина еле–еле ползла не только из–за множества съезжавшихся автомобилей, но и потому, что сотни зевак и папарацци [17] , выстроившихся по обе стороны узкой однорядной дороги, перегородили ее.
 Когда автомобиль наконец вынырнул на асфальтовый круг, Николь вздохнула с облегчением Снаружи, за черненым окном, ватага фотографов и репортеров уже была готова наброситься на всякого, кто бы ни появился из автомобиля Дверь автоматически распахнулась, и она медленно выбралась наружу, кутаясь в черное замшевое пальто и стараясь не зацепить его каблуками.
 — Кто это? — услыхала она чей–то вопрос.
 — Эй, Франко, скорее… тут космонавт де Жарден.
 Послышались аплодисменты, замигали вспышки Благородного вида итальянский джентльмен шагнул вперед и взял Николь за руку Вокруг толкались люди, несколько микрофонов торчали прямо перед ее лицом; похоже было, что она разом слышит сотню вопросов на четырех или пяти языках.
 — Почему вы отказались давать персональное интервью?
 — Пожалуйста, распахните пальто, чтобы видно было ваше платье!
 — Пользуетесь ли вы как врач уважением среди остальных космонавтов?
 — Остановитесь на мгновение Пожалуйста, улыбнитесь!
 — Какого мнения вы о Франческе Сабатини?
 Николь молчала, пока сотрудники службы безопасности оттесняли толпу и вели ее к крытому электрокару Вмещающая четырех пассажиров машина медленно поползла в гору, оставив толпу позади Приятная итальянка двадцати с небольшим лет на английском рассказывала Николь и Хиро Яманаке об окружающем Адриан, правивший Римской империей между 117 и 138 годами от Рождества Христова, построил эту огромнейшую виллу, по ее словам, только для собственного увеселения