Рама II

Наверное…
 — Ш–ш–ш, — вдруг произнес Такагиси Протянув руку, он выключил свой передатчик, а затем и Ричарда. — Слышите шорох?
 Как казалось Уэйкфилду, внезапное полное безмолвие вселяло не меньшую тревогу, чем наступление полной темноты несколько минут назад.
 — Нет, — прошептал он через какие–то секунды. — Правда, у меня не слишком тонкий…
 — Ш–ш–ш, — теперь уже включилась Франческа, — вы имеете в виду такой далекий резкий звук? — прошептала она.
 — Да, — спокойным голосом, впрочем не без волнения, ответил Такагиси. — Словно что–то метет по металлу Значит, движется.
 Уэйкфилд прислушался вновь Возможно, он что–то слышал Может быть, ему только почудилось.
 — Идемте, — сказал он спутникам. — Благоразумнее вернуться на ледомобиль.
 — Подождите, — обратился Такагиси к поднявшемуся на ноги Ричарду, — кажется, от звуков вашего голоса все смолкло. — Он повернулся к Франческе.
 — Выключите свет, — негромко сказал он. — Посидим немного в темноте, посмотрим, не возобновится ли шум.
 Уэйкфилд опустился обратно рядом со спутниками Когда лампочка на камере погасла, вокруг воцарилась кромешная тьма Было слышно только их дыхание и ничего больше Они подождали с минуту И когда Уэйкфилд собирался уже настоять на том, чтобы отправиться в путь, со стороны Нью–Йорка послышался шум —  как будто жесткая щетка терла по металлу, но к шороху примешивался и другой звук, словно кто–то подвывал тоненьким голоском