Безжалостное небо

В полночь до вершины Эвереста оставалось не более ста ярдов, она вставала впереди снежной пирамидой, призрачно белой в свете восходящей луны На небе не было ни облачка, и ветер, свирепствовавший несколько суток, почти совсем стих На высочайшей точке Земли редко наступал такой мир и тишина — они удачно выбрали время.
 «Пожалуй, даже слишком уж удачно», — подумал Джордж Харпер Все прошло настолько гладко, что он испытывал чувство, похожее на разочарование Собственно говоря, трудно было только незаметно выбраться из отеля Администрация решительно возражала против самодеятельных ночных подъемов к вершине — несчастный случай мог бы отпугнуть туристов.
 Но доктор Элвин не хотел, чтобы об их намерении стало известно На то у него были веские причины, хотя он никогда не упоминал о них И так уж появление одного из самых знаменитых ученых мира (и, бесспорно, самого знаменитого калеки) среди гостей отеля «Эверест» в разгар сезона вызвало немалое, хотя и вежливо замаскированное, любопытство Харпер отчасти удовлетворил его, намекнув, что они ведут замеры земного тяготения, — в какой–то мере это даже было правдой, но в очень малой мере.
 Посторонний наблюдатель, который увидел бы, как Жюль Элвин с пятьюдесятью фунтами оборудования за плечами неторопливо и уверенно поднимается к точке, находящейся в двадцати девяти тысячах футов над уровнем моря, никогда бы не заподозрил, что перед ним — безногий калека